3155b016

Бэгли Десмонд - Канатоходец



ДЕСМОНД БЭГЛИ
КАНАТОХОДЕЦ
Жиль Денисон был потрясен, когда, проснувшись, оно обнаружил, что находится в дорогом отеле в Осло, а из зеркала на него глядит незнакомец. Похищенный из своей квартиры в Лондоне, он превращен в знаменитого ученого, доктора Гарольда Фельтхэма Мейрика. Вынужденный привыкать к своей новой личности (включая знакомство с дочерью) и играть роль, навязанную ему похитителями, он отправляется в опасное путешествие из Норвегии в Финляндию, а оттдуда – в советскую Россию.
Глава 1
Жиль Денисон спал. Он лежал на спине; его правая рука, согнутая в локте, со сжатыми в кулак пальцами, прикрывала лоб трогательным и бессильным жестом человека, который хочет защититься от удара. Его дыхание было ровным, но частым, однако постепенно, когда сознание начало возвращаться к нему, как бывает с каждым, кто совершает ежедневное маленькое чудо воскресения из сна, вдохи стали более глубокими и размеренными.
Под сомкнутыми веками задвигались зрачки. Денисон вздохнул, убрал руку со лба, повернулся на другой бок и зарылся лицом в подушку. Через несколько секунд его веки вздрогнули, затем приоткрылись, и он сонно уставился на стену рядом с кроватью.

Еще через минуту он глубоко вздохнул, наполнив легкие воздухом до отказа, лениво вытянул руку и взглянул на часы.
Было ровно двенадцать.
Он нахмурился и встряхнул часы, потом поднес их к уху. Ровное тиканье говорило о том, что механизм работает; взглянув на циферблат еще раз, Денисон убедился, что секундная стрелка движется по кругу обычными размеренными скачками.
Внезапно он рывком сел в постели и опять посмотрел на часы. Его встревожило не время: полдень ли, полночь – какая, в сущности, разница, а сознание того факта, что это были не его часы. Он всегда носил старую "Омегу", подарок отца к его двадцатипятилетнему юбилею.

Теперь же на его запястье красовался роскошный "Пакет Филип" в золотом корпусе с кожаным ремешком. Денисон носил свои часы на гибком стальном браслете.
Наморщив лоб, он постучал ногтем по стеклу циферблата, поднял голову и испытал еще одно потрясение. Он никогда не бывал в этой комнате раньше.
Сердце гулко заколотилось у Денисона в груди. Он шевельнул рукой и ощутил под пальцами прохладу шелковой ткани – оказывается, он спал в пижаме. Обычно Денисон спал голым под простыней: пижама стесняла его, и он не раз говорил, что не видит смысла в том, чтобы спать одетым.
Денисон еще не вполне проснулся, поэтому первым его побуждением было снова лечь в постель и подождать, пока этот сон не закончится и он не проснется у себя в комнате. Однако естественная потребность настойчиво напоминала ему, что пора сходить в туалет. Раздраженно покачав головой, он отбросил в сторону одеяло – не такое, к каким он привык, а стеганое атласное, того фасона, который начинал входить в моду на континенте.
Он спустил ноги с постели и сел, разглядывая свою пижаму. "Я в госпитале, – внезапно подумал он. – Должно быть, со мной произошел несчастный случай". Память, однако, подсказывала ему совсем иное. Он лег в постель в своей собственной квартире в Хемпстэде.

Все было в абсолютном порядке, за исключением, может быть, пары лишних стаканчиков на сон грядущий. Эта лишняя пара стаканчиков вошла у него в привычку после того, как умерла Бет.
Его пальцы машинально поглаживали мягкий прохладный шелк. Нет, он все-таки не в госпитале – на больничной одежде не бывает таких излишеств, как монограмма на нагрудном кармане. Денисон наклонил голову, пытаясь прочесть буквы, но монограмма была сложной и вычурной, и е



Назад