3155b016

Бьёрклунд Элисабет - Золотые Ключики



Элисабет Бьёрклунд
Золотые ключики
Был тихий и теплый вечер, косые лучи солнца поблескивали на окнах дворца.
Большая дорога, что тянулась через все королевство, была пустынна: ни кареты,
ни всадника, лишь три старухи брели по ней вдалеке. А посреди луга, что позади
дворца, сидела и пела маленькая пастушка Лена.
Во дворце отворилось окно, и в нем показался белый колпак главного повара.
- Послушай, дружочек, - крикнул повар, - до чего же хорошо ты поешь! Кабы
жив был покойный король, благословенна будь его память, я бы дал тебе
блестящий дукат, да только с тех пор, как стала править королева, дукаты
повывелись.
- Упаси вас бог, главный повар! - воскликнула одна из поварих. - Что это
вы такое говорите! Не ровен час, королева услышит, тогда не сносить вам
головы!
- Так ведь она отправилась на охоту. А иначе никто не посмел бы даже
выглянуть в окошко. Да и петь на лугу было бы опасно. Милая пастушка, -
обратился повар к Лене, - я тебя накормлю досыта за твою прекрасную песню.
Маленькая Лена встала и поклонилась.
- Спасибо, господин главный повар, - сказала она, - да только я сейчас
вовсе не голодна и рада петь просто так, даром. А коли вы, господин главный
повар, хотите порадовать меня, накормите лучше трех нищенок, что идут по
дороге.
И она снова запела, да так красиво и задушевно, что главный повар
растроганно захлюпал носом, а у поварих выступили слезы на глазах.
- Вы только поглядите на нее! - шептали они, - как красива эта девушка! Не
хуже королевы! Не правда ли, она похожа на королеву?
Три старушки свернули с большой дороги, медленно побрели по лугу и подошли
так близко ко дворцу, что можно было их разглядеть. Они в самом деле походили
на нищенок, до того изношена и безобразна была их одежда.
Старушки шли, надвинув капюшоны на глаза, сгорбившись, тяжело опираясь на
посохи. Их широкие плащи развевались на ходу; они громко разговаривали между
собой на чужом, непонятном языке.
- Вот, возьмите, возьмите, - сказал главный повар, протягивая им в окно
каравай хлеба. - Берите и скажите Лене спасибо за угощение!
В эту самую минуту из ближнего леса донеслись звуки рожка, лай собак и
топот копыт. Это возвращалась во дворец королевская охотничья свита. Охотники
поскакали напрямик по лугу, не обращая внимания на овец, которые шарахались в
стороны. Впереди скакала сама королева. Хороша была она, что правда, то
правда. Придворные говорили ей, что краше ее не сыскать во всем королевстве, и
лжи в этих словах была лишь самая малость. Правда и то, что она была ужасно
злая. За спиной придворные называли ее самой злой женщиной в семи
королевствах, и в этом не было ни капельки вранья.
Главный повар увидел королеву слишком поздно, он стал белее своего колпака
и отпрянул от окна. Но королева уже заметила его.
- Это что еще такое, - закричала она, - никак ты раздаешь нищим
королевский хлеб?
Она подъехала к трем старухам и бросила на них грозный взгляд.
- Что это за сброд? И не стыдно вам слоняться возле моего дворца и
клянчить милостыню у моих слуг?
- Мы пришли не просить милостыню, - сказала одна из женщин, - а раздавать
дары.
Королева засмеялась громко и насмешливо:
- Вы только послушайте этих побирушек! И кому же вы собираетесь раздавать
свои драгоценные подарки?
- Тому, кто их достоин, - ответила другая женщина.
- Подумать только! - воскликнула королева. - И кто же их достоин?
- Не ты, королева, - ответила третья.
Тут королева подняла хлыст, чтобы ударить их, но хлыст сломался пополам.
- Травите их



Назад