3155b016

Бэрбор Энн - Кузина Джейн



БЭРБОР ЭНН
КУЗИНА ДЖЕЙН
Лорд Саймон дает слово умирающему другу исполнить его просьбу: стать опекуном его сестры и выдать ее замуж в течение шести месяцев или... самому жениться на ней. Увлекательный сюжет, захватывающая интрига, неожиданный поворот событий отличают новый роман знаменитой писательницы.
ПРОЛОГ
Октябрь 1817 г., Париж, Пале-Роялъ
Был третий час ночи, и в притоне «Золотой поросенок» царил обычный беспорядок. В темных углах шла игра в карты: где-то с шумом и бранью, где-то — в напряженной тишине. Порой раздавался стук игральных костей.

Дамы полусвета в дешевом атласе и грязных кружевах кружили в поисках добычи, щедро выставляя напоказ свои уже изрядно затасканные прелести.
Громко звенели стаканы и пивные кружки, и официанты суетливо торопились напоить очередного, уже изрядно пьяного, клиента крепкими спиртными напитками.
Народ в «Золотом поросенке» был разношерстным. Дворяне из разных стран ошивались здесь вместе с отбросами парижского общества, благо Пале-Рояль старался угодить каждому, у кого был низкопробный вкус и достаточно денег, чтобы за все уплатить. Однако только что вошедший джентльмен казался здесь неуместным.
Он был высок, строен и одет в безупречный вечерний костюм, но не одеждой выделялся он среди посетителей, в полной мере уже ублаживших себя сомнительным гостеприимством кабака. Скорее, от них, с мутными глазами сидящих за липкими столиками заведения, его отличали чистая линия подбородка и не явная, но несомненная твердость и пристальность взгляда.
Когда он вошел в помещение, двое мужчин в рабочей одежде смерили его оценивающим взглядом, но тут же вдавились поглубже в кресла, из осторожности перед крепким, мускулистым телосложением мужчины, которое не могла скрыть элегантная одежда.
На мгновение он застыл в дверном проеме, разглядывая гуляк, пока его внимание не привлекла небольшая ссора, вспыхнувшая за столиком в дальнем углу.
— Господи! — прошептал он. — Ну конечно! Он здесь.
Задержавшись лишь для того, чтобы вежливо отказаться от услуг уличной девки, сразу же устремившейся к нему, джентльмен направился на шум, в центре которого находился худой молодой человек щегольского вида, уже порядком захмелевший.
— Вильдон, я говорю тебе, что заплатил! — визжал щеголь на отвратительном французском. — Я заплатил ей и обычную цену, и еще сверху, а если она говорит тебе что-то другое, то она врет! Я дал ей сорок су и еще оплатил обед и вино!
— Ты, слизняк сопливый! — рычал второй мужчина. — Лизетта — лучшая из моих девочек, она мне никогда не врет. Врешь ты.— Он занес глыбоподобный кулак, и щеголь съежился.
Джентльмен вздохнул и, добравшись до них, пока не началась драка, положил руку на плечо молодому человеку.
— Уилфред,— произнес он, и тот обернулся.
— Саймон! Господи, что ты тут делаешь? — вскричал он. — Ей-богу, я рад, что ты пришел. — Он ткнул пальцем во второго участника ссоры: — Этот merde de tete1 хочет вытянуть из меня десять луидоров.— Он выпрямился в жалкой попытке выглядеть уверенно и повернулся к своему обидчику. — Шел бы ты лучше отсюда, Вильдон. Твоя маленькая комедия меня позабавила, но ты ничего не добьешься, — заключил щеголь с нахальной усмешкой.
Разъяренный верзила подскочил к нему, занеся оба кулака, и Уилфред скользнул за спину своего защитника.
— Саймон! — завизжал он. — Сделай что-нибудь! Он же меня убьет!
Джентльмен невозмутимо смотрел на человека по имени Вильдон, которого называли также le Sanglier — Дикий Кабан.
— Мсье, мне кажется, у нас тут некоторое недоразумение, но я



Назад